Жгучий кабальеро облачился в металлические доспехи и жутко напоминал конкистадора, что выглядело, конечно, внушительно, но мы все помним, чем они кончили. По крайней мере, он не гнушался огнестрельным оружием, что являлось очевидным плюсом. И, кстати, при нем не было хищной блондинки — еще один несомненный плюс!
Огромным сюрпризом стало для меня видеть среди нашей группы Элис Киммел. Мало того, что девушка была мертва, так она еще ставила под угрозу все предприятие своим состоянием «здоровья». Последний раз, когда я ее видела изрыгающую в судорогах потоки крови, она выглядела неважно, если вы понимаете, о чем я. Спорить с Максимилианом не имело никакого смысла, так как именно по его распоряжению мы взяли ее с собой. Несмотря на доводы Казимира об ее полезности, как приманки для Марка, мне слабо верилось в успех этой авантюры. Все–таки, Шакал не настолько глуп, чтобы повестись на такую «утку". И в тот самый момент, когда ко мне закрались первые подозрения по этому поводу, Максимилиан объявил, что нам пора. Я досадливо сжала губы, пообещав себе подумать обо всем подробнее, как только представится возможность. Но, оказалось, что есть еще множество вещей, которые стоило рассмотреть подробнее. Например, куда мы поедем на этих шикарных антикварных машинах?
* * *— Я знаю, почему его прозвали Шакалом, — наконец нарушила тишину я, вглядываясь в пролетающие мимо пейзажи пригорода Лондона.
Машина ехала ровно, удаляясь все дальше от Хэмпстеда. Айрин была хорошим водителем — ровная дорога и хорошее расположение ярких фонарей по обеим сторонам шоссе, максимально обезопасили путь. Наш Порше ехал первым, указывая дорогу остальному кортежу с вампирами Максимилиана.
Айрин бросила на меня мимолетный взгляд и вернулась к слежению за дорогой.
— Почему же? — поинтересовалась она.
— Он оборотень, — ответила я, наблюдая за тем, как нахмурились ее тонкие брови, и между ними пролегла небольшая складка.
Элис фыркнула с заднего сидения и продолжала подпиливать заостренные ноготки.
— Хочешь сказать, что он вервольф? — послышался ее голос.
— Нет, дорогая, — вступила Айрин, — Джейн имеет в виду, что он вершакал.
— Первый раз слышу о такой разновидности оборотней, — она хмыкнула. — Как же он обратился, будучи единственным представителем в городе?
— Хороший вопрос, — пробормотала я себе под нос, пересчитывая мелькающие фонари вдоль дороги.
— Видимо, не единственным, — ответила нам обеим Айрин.
Я с интересом повернулась к волчице.
— Так и знала, что тебе что–то известно.
— Ну что ты, — она смущенно улыбнулась, — я могу только догадываться, но у меня есть кое–какие мысли.
— Ну, ну, — вставила Элис, но мы проигнорировали ее.
— Видишь ли, Женя, — она перешла на русский, чтобы избежать комментариев Элис. Снова слышать родную речь, а тем более свое имя, было непривычно, но невероятно приятно. Постойте, откуда ей известно мое имя?!
— Стоп! — я перебила ее, отвечая на том же русском. — Ты знаешь мое имя? Я никогда не называла тебе его.
Айрин растерянно стрельнула в меня взглядом, тут же переводя его на дорогу. Она замялась и раздумывала над ответом.
— Я жду, — проговорила я. Подозрение смешивалось со страхом, вызывая во мне постепенно зарождающийся гнев.
— Успокойся, — наконец произнесла она, снова переводя на меня обеспокоенный взгляд голубых глаз. — Я знаю его от Джерри.
— Что? — я изумилась. — Каким образом он в курсе?
Поразительно! На меня вдруг снизошло откровение, что всем вокруг меня известно абсолютно все о моей нынешней жизни и о почти стертом прошлом. В душе стало так мерзко и гадко, что захотелось выскочить из машины и уйти в ночь, послав к чертям всех и вся.
— Он навел о тебе справки после… — она сделала паузу, — после того случая.
Не стоило уточнять после какого именно. Я все еще мучилась сомнениями по поводу причастности Джерарда к смерти моего отца и нападения на меня. Естественно, это были происки Марка, но если это Джерард убил папу… Возможно, то что оборотень сделал со мной не настолько сильно врезалось в мою память, но я никогда не забуду свою предательскую трусость, когда не смела оглянуться на предсмертные хрипы отца. Нападение оборотня со спины стало для меня заслуженным наказанием, и я, как бы дико и ужасно это ни звучало, в какой–то степени благодарна ему.
Марк поплатится за это.
— И мне как–то привычнее так звать, если по–русски, — голос волчицы вернул меня к действительности.
Что ж, Женя так Женя.
Я отвернулась к окну. Было немного грустно осознавать, что прошлое никогда не вернется. Но я не могу жить им, также как и не в состоянии уповать на будущее. Есть только сейчас, лишь этот момент, когда мы мчимся навстречу моему врагу и я, наконец, смогу отомстить и почтить память отца.
— Ой, лось! — воскликнула Элис, уставившись в окно и схватившись за спинку моего сидения, чуть не угодив мне пилочкой в глаз.
— Успокойся и сядь на место! — рявкнула я.
Вампирша угрожающе зашипела в мое ухо.
— Элис, лорду Максимилиану не понравится твое поведение, — в голосе Айрин послышались вибрирующие нотки, придававшие ему схожесть с волчьим рычанием. Мне стало немного жутковато, но я посмела повернуться и взглянуть в ее глаза, наполнившиеся голубым сиянием как у хаски. Я сразу же представила ее в образе волчицы, спасшей нам с Джерри жизнь.
Я услышала, как Элис с шумным выдохом откинулась на спинку заднего сидения и продолжила свое занятие, как ни в чем не бывало. Меня снедало любопытство рассмотреть ее поближе, так как я не успела сделать это ни в кабинете лорда, ни в холле перед отъездом.
Через боковое зеркало мне была видна ее фигура, облаченная в эластичный облегающий костюм. Словно мокрая кожа он прирос к ее телу, открывая взгляду каждый потаенный изгиб. Никакой защиты на ней не оказалось. В том числе и оружия.
— Как это возможно? — обратилась я к Элис, развернувшись на своем сидении, после десятиминутного молчания. Она вновь казалось спокойной и безмятежной. Это пугало. — Я собственными глазами видела твой труп, разрезанный на британский флаг, видела твои сгнившие внутренности и даже ощутила их «аромат»!
Она заливисто рассмеялась. Тень скрывала половину ее лица.
— О да, мне рассказали о твоем визите. Благодарю за беспокойство, — смех ее внезапно потух, и она исподлобья смотрела мне в лицо.
Что–то подсказывало мне, что она ответит, но прежде хочет помучить, выдержав интригующую паузу. Меня насторожил нехороший блеск ее мертвых глаз, мерцавший даже сквозь мрак в салоне автомобиля.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
